Со всех окраин стекался народ

Со всех окраин стекался народ для того, чтобы посмотреть на русских, везущих важный груз их досточтимому эмиру.

Но всадники, сопровождающие караван, оттесняли людей конями, угрожающе щелкали камчами.

Отряд проследовал через весь город и остановился в старом караван-сарае.

Гоппе и Чучину отвели по небольшой комнатушке — худжре. Остальных

участников экспедиции разместили по трое-четверо.

Нет‚- заглянув в свою комнату, сказал Гоппе,- так дело не пойдет. Мы

как баре какие-то жить будем, а остальным ютиться придется? Давай с тобой

поселимся вместе- все-таки ребятам полегче будет.

Иван согласился, но Камал, узнав об этом, решительно запротестовал.

Ни в коем случае! Вы же гости эмира, вас встретил шагаси — министр двора. Вам положено повсюду оказывать почет, как Генералам. Таков наш обычай. Если вы им пренебрежете, всех обидите.

Гоппе недовольно засопел, но промолчал.

Послушай, Иван,- наконец, нарушил он молчание, оставшись с Чучиным с глазу на глаз- Нам с тобой надо серьезно поговорить. О чем ты всю

дорогу беседовал с журналистом?

Чучин недоуменно посмотрел на Гоппе.

Камал очень интересный человек. Он мне многое объяснил. Я же почти

ничего не знаю об Афганистане. А что ты имеешь против?

Разве можно быть таким неосторожным?-возмутился Гоппе — Ты его первый раз видишь. Нельзя же доверять каждому, у кого открытое лицо и приятные манеры. Врагов у нас много, o судьбе Шульца мы не должны забывать. Вот Камал говорит, что в Англии учился. А ведь ты не знаешь, чем он

там занимался, с кем общался…

Я тоже учился в Англии,- Иван, раздраженный, смотрел на зарешеченное оконце.

Ты — другое дело. Ты кровью свою преданность революции доказал. Тебя мы знаем, а его нет.

Oн сотрудник Махмуд-бека Тарзи, который выступает за дружбу с Советской Россией!

Тарзи, Хабибулла, Аманулла,- небрежно махнул рукой Гоппе.