Первая рота, ко мне!

Первая рота, ко мне! - Голос старшего лейтенанта Хмеля, резкии, хриплый, ускорил движение на площадке.

Гурьев различал в темноте знакомые лица. Вся эта беготня могла показаться хаотической, но Гурьев знал - через считанные секунды рота построится в линию взводных колонн. И яркий свет фар резанул по первой шеренге. Гурьев зажмурился и открыл глаза, лишь расслышав сквозь фырканье голоса ротного и комбата.

-- Первая рота, смирно! Отставить. Все знаю.

Комбат был крепок, невысок. Из-под капюшона плаш-палаткисмотрели насмешливые серые глаза. Взглядом он словно ошупывал каждого.

В бою смоете позор свой. Думаю, что не подведете. Офицеров прошу подойти ко мне.

Комбат любил в войну играть всерьез, хотя и делал это с усмешкой. На стрельбах он командовал: «По ненавистному врагу...» Замполита называл комиссаром.

Гурьев видел, как комбат расстегнул планшет и что-то показывал на карте, над которой лейтенант Бруев держал фонарик.

«Самое время покурить››,-- послышался за спиной Гурьева голос Кошкина, пулеметчика из второго отделения. Гурьев знал. Что комбат не курит, а «сытый голодному не товариш...».

Он не успел додумать. Ротный скомандовал: «Бегом, марш!» «И-и... аллюр «три креста». Десантник--три минуты орел. остальное время лошадь»,--- вспомнил Гурьев популярную солдатскую поговорку. Ремень на нем был затянут настолько, чтобы не тёр, не давил, но и не болтался. Ремень десантника - это целый багаж. На нем -- шлем, штык-нож, подсумок с магазинами и гранатами, саперная лопатка, котелок и фляга с водой.

Бежать было легко и весело. Бег согревал промокших и озябших солдат. Дождь уже прекратился, над горами наметился белый шрам рассвета.

Уже два месяца Гурьев занимал должность замкомвзвода. Звание сержанта ему присвоили второго августа. В день ВДВ.

Должность не обременяла. Гурьев любил своих парней. И сейчас, чувствуя за собой дыхание двух десятков разгоря ченных глоток, внутренне радовался, потому что верил в каждого из своих товарищеи.

- Сербии, Кутузов - дозорные. Туз, Кошкин наблюдатели за воздухом!

- А Березовский наблюдатель за местной фауной, послышалось едкое замечание Туза.

Раздался недружный смех. История с фауиой стала притчей во языцех не только в роте, но и во всем полку.

Березовский пришел в роту четыре месяца назад, пройдя курс молодого бойца. В одном из своих первых караулов он стоял на пасту на складе ГСМ.

Добавить комментарий